myview  
 
23.02.2020 г.  
Главная
Главная
My view
Астрология
Женщина
Женщина и М
Изюминки
Литера
Музыка
Психология
Самореализация
Тантра
Успех
Фэн Шуй
Форум
Кто он-лайн


Буровский A.M. "Девочки. Инструкция по пониманию" Печать E-mail
Оглавление
Буровский A.M. "Девочки. Инструкция по пониманию"
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В чем они такие-же, как мы

На редкость храбрая девушка!. Ну почти что как мог бы мужчина!

Р.Л. Стивенсон

 

Я начну с открытия великой тайны, и вместе с тем — великой истины. Проникнитесь — ибо это­го пока никто ...то ли не познал, то ли не поведал человечеству... Осторожнее, ибо сияние этой истины мо­жет ослепить, а звучание — оглушить вас! Итак:

Женщины решительно ничем не отличаются от нас.

Усвоили? Ни в чем не отличаются. Ничем и ни в чем. Единственная сфера отличий — это все, связан­ное с полом, и только. Другое дело, что половая сфера пронизывает всю жизнь человека с колыбельки до смерти и ее влияние на нашу жизнь огромно.

Но все, что не связано с полом, тоже образует ог­ромную сферу.

Женщины в той же степени умны, столь же глу­пы, в той же мере духовны, нравственны, подлы, циничны... и т.д. У них принципиально такое же отношение к миру. Они так же воспринимают при­роду. У них такие же зрение, слух и осязание. Они могут быть такими же учеными, поэтами и админи­страторами.

И такими же разбойниками, торговцами наркотика­ми или палачами.

Реакции женщин, их интересы, их жизненные по­зиции чаще всего отличаются от мужских. На десять процентов — из-за другой физиологии и анатомии; а на девяносто процентов — из-за разной роли, которую мы играем в воспроизводстве рода человеческого.

А главным образом из-за различного воспитания.

Во всех сферах жизни, во всех случаях, где не задействованы эти "роли", разницы между мужчи­нами и женщинами нет. Вообще нет. Никакой. Это и

дает нам возможность одинаково воспринимать при­роду, литературные произведения, людей и жизнен­ные ситуации — то есть дает возможность мужчинам и женщинам совсем неплохо понимать друг друга.

В чем "они" такие же, как "мы"?

Итак, вот главное — женщины таковы же, как мы, интеллектуально и духовно. Быстрота и сила ум­ственных реакций в одном возрасте у людей обоего пола примерно одинакова.

Женщины так же честны, нечестны, умны и глу­пы, приличны и непристойны, как и мы. В точности. Разброс всех этих признаков иной — у женщин боль­ше средних показателей — то есть больше не умных и не очень глупых. Больше не очень честных, но и не предельно лживых. Меньше холодных, как лягушки, и патологически блудливых.

Но основные события, происходящие во внешнем мире, они воспринимают в точности как и мы. Они так же любуются природой. Они так же любят умные книги, вкусную еду и так же не любят вульгарности и примитива.

Они так же переживают несправедливость. Они так же не любят лгунов и воров. Им так же больно, когда их бьют. Им так же нравится быть любимыми.

Скажем так — в главном различий у двух полов попросту нет. Нет, и все.

 

В чем они все-таки совсем другие, чем мы

—  Как отличить в темноте ксен­дза от паненки?

—  На ощупь.

Анекдот студентов Краковского университета, XVI век

 

Ну, а теперь займемся прямо противополож­ным — выясним, в чем же все-таки женщины корен­ным образом отличаются от нас.

Я уже говорил: все принципиальные различия между мужчинами и женщинами вытекают из того, что они занимают разные места в процессе воспро­изводства. Вот и поговорим о тех чертах, которые действительно разделяют два пола. Разделяют прин­ципиально.

 

Физиология

Тело и ум мужчины в норме безотказны. Конечно, и на нас, не только на женщин, действует полнолуние (возбуждающе), усталость (утомляюще) и т.д. Люди разного пола одинаково любят смотреть на море, те­кущую воду, облака и т.д. Но в целом на нас слабо воздействуют внешние факторы. Нам не очень трудно подчинить себя — себе.

Тело мужчины в норме доставляет ему, по пре­имуществу, удовольствия и удобства. Любые страда­ния, неудобства, ограничения проистекают:

от болезней, ранений и т.д. — то есть от чего-то глубоко ненормального, чрезвычайного; от на­рушения нормы;

от детринированности, переедания и прочих проявлений собственной глупости.

В результате мы произносим ритуальные слова о том, что мы часть природы, но испытываем это в несравненно меньшей степени, чем девушки и жен­щины.

А теперь представьте себе, что из вас каждый месяц капает кровь и это сопровождается болями и мрачными изменениями в сознании и в подсознании. Что изменить ничего нельзя и что нам так — каждый месяц и всю жизнь.

Представили? Испугались!

Ну то-то...

А вот тело девочек и девушек в самой что ни на есть норме, вне всякой чрезвычайной ситуации, очень зависимо от внешних, не контролируемых ими факторов. И не только плоть! Мало того, что соб­ственные, "живущие" в них природные факторы причиняют им страдания. Их психологическое состо­яние, переживаемые ими эмоции зависят от физио­логического цикла. Во время менструаций или перед ними женщина, по существу, не вполне вменяема. (У меня огромная просьба ко всем мальчикам, которые про­читают эту книгу: не использовать моих слов в своей войне против подруги. Это будет и нечестно, и глупо.) Этому есть даже ученое название "предменструаль­ный синдром". Умные женщины это прекрасно знают и учитывают в своем поведении. За день до месячных они за ответственную работу не берутся и свиданий не назначают.

Женщины носят ребенка. Несколько месяцев в них происходит природный процесс... А они не мо­гут на него никак решительно влиять. Он происходит — и все. Ей больно, тяжело, тошнит от отрав­ления организма — токсикоза. А поделать ничего нельзя — терпи.

Есть интересные исследования о том, что пси­хология беременной — это сложное сочетание психо­логии взрослой женщины и еще не родившегося ребенка. Опять — изменение сознания, которое не зависит от женщины и в котором она не виновата.

Роды — тоже физиологический процесс, и далеко не из приятных. Начинается — по своей собственной воле. Протекает — по-разному. Бывают роды легкие и неопасные, но пусть и не часто, но ведь случаются и смерти родами.

Боль, риск неотвратимо надвигаются с каждым днем беременности, и опять — ничего не поделать. Ситуацию не изменить, не повлиять на нее, роды не перенести.

Так, просто в силу собственной природы, жен­щины больше подчинены внешним факторам жизни. Они более зависимы от собственного тела, от пого­ды и расположения планет, от социальной ситуации, семейного положения и т.д. Для женщин связь фи­зиологии, психологии, телесного и душевного совер­шенно очевидна. Физиологически очевидна. Отсюда следуют все "женские", отличные от нас, качества и свойства натуры:

Женщины терпеливее нас. Они более склон­ны перетерпеть, переждать, если что-то не так, принимать мир таков, каков он есть. В том числе и его неприятные стороны.

Любую неблагоприятную ситуацию в жизни мужчины склонны рассматривать "вширь" — а нельзя ли ее изменить? А как выглядит эта ситуация в ряду других? Женщины гораз­до больше нас склонны оценивать ситуацию "вглубь" — ну да, это так, и нельзя ли к этому приспособиться?

Естественность женщин объясняется очень просто. Романтиков прошу меня извинить.

Они больше склонны ко всем формам целост­ного восприятия мира — интуитивным, эмоци­ональным, эстетическим. Они больше ориенти­рованы на гармонию, а не на борьбу, не на достижение чего-то. Женский способ жить — это скорее разумное устроение того, что уже есть, чем создание принципиально нового;

Женщины живут в мире, где требуется психо­логическая гибкость, дипломатичность, умение понимать мотивы других людей, умение чув­ствовать, что стоит за словами, поступками, внешней словесной завесой. Женщины более склонны к договорам, к компромиссам, к поис­ку гармонии. Они искренне уверены, что обо всем "можно договориться" и что "худой мир лучше доброй войны". По крайней мере, в боль­шинстве случаев эти различия прослеживаются очень хорошо.

Женский голос: Андрей Михайлович дольше часто будет обращаться к книгам Николая Козлова и даже его крити­ковать (!!). И даже громко критиковать (!!). Так как вам, читателям, кто еще Козлова не читал, все равно придется его прочитать, чтобы понять, что, собственно, ругают, то я здесь сразу отвечу очень уважа­емому мною Николаю Ивановичу на его вредный "Гимн женщине". Отвечу здесь, потому что очень уж к месту. Так вот: "Николай Иванович и другие мужчины! Женщины "не такие" (не такие, как вы, мужчины, и не такие, как вам бы хотелось не только потому, что они (мы то есть) просто вредные. Мы не вредные — мы другие. И не про­сто так другие, а в силу эволюции и других, важных и логичных, причин!

Если звезды зажигают, значит, это кому-то нужно. Если женщины другие  это тоже кому-то нужно.   Например, эволюции. Половину причин вы только что прочитали. Вторая половина в главе "Великая зависимость".

 

Отсутствие павианства

Превращаясь из обезьян в людей, наши предки прошли много разных стадий. В том числе был этап, когда предки очень напоминали неприятных агрес­сивных обезьян — павианов.

...Вот по африканской саванне движется стадо па­вианов. Самки и детеныши — в центре. По краям — охраняющие стадо самцы. Чем выше ранг самца, тем ближе к голове стада он идет. Впереди идет главный самец во всей красе. Он может отнять любую еду у любого члена стада, включая других самцов. Он по­крывает любую самку, а другим самцам делать этого не позволяет.

Другие самцы отнимают еду у самок, детенышей и у самцов, которые младше и слабее их, занимают более низкое место в иерархии. Они совокупляют­ся с самками, которыми пренебрегает вожак, или пока он не видит. Процветает и педерастия, — сла­бые самцы служат удовлетворению более сильных и свирепых. Сопротивление карается, как говорят, по полной программе; бывали случаи, когда взрослые самцы павианов убивали молодых самцов или даже детенышей, еще не знающих, что они должны под­чиняться. Судьба этих несчастных — наука для всех остальных. Наверное, найдутся люди, находящие в этих убийствах некий глубокий смысл...

Остается предположить, что эти люди чем-то неуловимо похожи на павианов.

Люди из криминальных слоев и спецназа чем-то очень похожи на павианов.

За право быть главным самцом, за право поднять­ся на ступеньку в иерархии самцы дерутся страшно, беспощадно, пуская в ход клыки длиной в пять сан­тиметров; кровь хлещет на красную землю саванны и на других членов стада. Смертные случаи известны.

В этом стаде все просто и однозначно: самцы вы­строены в элементарную, жесткую иерархию; ста­до выступает как единый организм, противостоящий всему окружающему миру. Нравы самой страшной зоны усиленного режима, быт самого чудовищного спецназа — это райские кущи и верх гуманизма в сравнении с бытом павианьего стада.

Ученые считают, что предки павианов, выйдя из-под деревьев тропического леса в открытую саванну, где бродят стада крупных, сильных животных, где много больших могучих хищников, вынуждены были стать агрессивными, свирепыми и сплотиться в такие вот стада. Может быть, так примерно и было, но даже если по-другому никак нельзя — мне (и думаю, не мне одному) как-то мало симпатичны павианы.

Тут одна заковыка... В разной степени, но муж­чины все-таки иерархичны. В разной степени, разу­меется, но очень многим мужчинам важно выяснить, кто из их сотрудников или членов компании глав­нее их, а кто ниже. Мало кто из мужчин старше 12 лет готов физически драться за место в иерархии, но выяснять ведь можно и по-другому...

Мужчины склонны выяснять, кто из них главнее других.

Поэтому мальчикам иногда трудно бывает понять девочек-девушек-женщин — они очень мало иерархичны.

Для женщин выражать себя так же важно, как для нас. Различны области, в которых мы это делаем. Женщины мало направлены на достижение чего-то в мире общественном и материальном (именно "мало", но не "вообще им там не место").

Но в целом женщинам не так важно что-то делать, организовывать, оставлять после себя в делах соци­альных и профессиональных. Но в сфере "отноше­ния-семья-дети" женщины так же активны, как мы — в сфере "профессия и прогресс". А мы в сфе­ре "отношения-семья-дети" так же пассивны, как женщины — в нашей сфере.

Женщина-специалист — существо несравненно менее агрессивное, и пусть простят меня мужчины, несравненно более приятное. Знаний и талантов в своем деле у женщин может быть ничуть не меньше, но служат они несколько для другого. Для мужчи­ны его профессионализм в большей или меньшей степени — способ самоутверждения. Прекрасно, ес­ли при этом он не пытается самоутверждаться за чужой счет, пытаясь топтать собеседника, доказать ему свое превосходство или продемонстрировать свои необъятные таланты. Но в том-то и беда, что даже в кабинете мужчины-врача вы вполне реально рис­куете натолкнуться на существо, для которого его познания — способ стать главнее вас.

Женщины меньше выясняют, "кто тут главный". Поэтому с ними намного приятнее общаться.

Мотив превосходства, самоутверждения, демон­страции главенства порой так силен у мужчин, что с человеком становится трудно работать. В моей жизни несколько неплохих  сделок не  состоялись потому, что взаимодействовать с человеком настолько агрес­сивным стало просто невозможно: или нужно было каждую минуту показывать ему свое принижен­ное положение, признавать и демонстрировать его превосходство, или начинать идиотскую грызню, выясняя животрепещущую проблему: "кто здесь главный".

В таких случаях агрессивность и стремление лю­бой ценой выяснить свое место в иерархии играет с мужчинами злую шутку — как раз в том случае, ко­гда "павианьи игры" становятся важнее результата совместной работы. Тогда разваливаются коллекти­вы, не заключаются сделки, любая работа буквально парализована выяснениями, кто кого главнее.

Во время избирательной кампании генерала Алек­сандра Лебедя в губернаторы Красноярского края (март-май 1998 года) мне довелось работать бок о бок со многими людьми, которых воспитали армия или спецслужбы. Самым трудным в работе с ними становилась их просто патологическая агрессивность и иерархичность.

Порой я становился просто болен от обстановки грызни, от какой-то мрачной злобности, оказываясь вместо сообщества себе подобных посреди павианьего стада. Как правило, я старался давить естественный протест — ведь интересы дела несравненно важнее того, как другие воспринимают агрессивных болва­нов. Если какому-то пальцем сделанному подпол­ковнику так важны размеры его клыков и длина хвоста — черт с ним, пусть у него клыки будут длин­нее. Но вот как-то не выдержал и рявкнул на такого павиана в человеческом обличий, сунул его в незна­ние элементарных вещей, да еще и поиздевался, при­чем публично:

— Вас, любезный, как я вижу, этим вещам не обучали? Ну ясное дело, знать эти простейшие вещи — не матом крыть, тут мозги нужны, да еще кое-какие мужские качества. А вас, как я вижу, в казарме разве что в жопу...,   а быть мужиком не научили.

Тут надо заметить: в армии, в тюрьме и в спец­службах быть пассивным педерастом почему-то счи­тается очень постыдно, а активным как раз почетно. Корни этого состоят в инстинктивных программах, которые есть и у обезьян, и у человека — доми­нирующий самец павиана ставит в позу подставки подчиненного самца и имитирует половой акт. Так что с точки зрения людей "мужских профессий" — военного, спецслужбиста, уголовника, шпиона, про­фессионального убийцы, — я тяжко оскорбил собе­седника.

Бедный подполковник покраснел и убежал, а на­завтра со мной, к моему удивлению, стали здоровать­ся гораздо вежливее — я показал, что у меня клыки тоже длинные.

Идиотизм? Несомненно, но так устроены довольно многие мужчины.

Женщины-специалисты гораздо меньше склонны что-то кому-то доказывать, добиваться "уважения", утверждать себя и т.д. Они менее "состязательны". Им не так важно их социальное положение или пре­стиж "того, кто сделал это" или "того, кто достиг этого". Джой Бразерс верно заметила, что для муж­чины работа часто бывает его любовницей, а для женщины — почти никогда. Поэтому с женщиной-специалистом иметь дело не всегда, но очень часто приятнее и удобнее, комфортнее и проще. Даже от­казывая вам в чем-то, женщина постарается облечь отказ в "необидную" форму, смягчить разочарование. И уж, конечно, у нее не вспыхнет в глазах патологи­ческое торжество: "Вот как я его! Будет знать, кто тут главный!"

Точно так же женщины редко оценивают свою жизнь как процесс достижения чего-то. Им гораз­до меньше нас свойственно считать приобретения и потери, сводить счеты и сожалеть о прошлом. Даже несчастную любовь женщина способна считать са­мым важным событием своей жизни, не относиться к ее несчастности как к поражению или как к неко­му "недостижению". Она не чувствует себя глубоко оскорбленной и униженной, если ей отказывают. Ну, получилось так, и все тут. Вот здесь ее выручает природная "покорность обстоятельствам".

С точки зрения мужчины, женщины живут простенько, не ставя больших целей, не угрызаясь ужасом потери. Для мужчины это какая-то растительная жизнь.

Как правило, поведение мужчины, пережившего несчастную любовь, сильно меняется. Он чувствует себя сильно униженным. Он сомневается в себе. Он начинает вести себя иначе, чем раньше, стремясь се­бя обезопасить. Он проиграл. Он попал в ловушку. Теперь он должен вести себя иначе. Чувство униже­ния и собственной никчемности заставляет "ломать­ся"; вполне нормальный человек ударяется в запой, надолго выпадает из жизни. А потом под влиянием своих несчастий он начинает культивировать какие-то причудливые теории, объяснять себе и другим, "как надо". Порой он даже действительно изменяет свою жизнь по "новым правилам".

Женщины еще могут понять запой. Дамы ведь тоже оказываются иногда в больницах и в психуш­ках от неразделенной любви. Женщины сочувствуют нам, если мы оказываемся в подобной ситуации, порой их сочувствие очень сильно, вплоть до желания "вознаградить" и "пожалеть" потерпевшего. Но вос­принимают все совсем иначе; они искренне не пони­мают ни самоубийств, ни психологической "ломки", ни тяжелого надрыва, основанного на сомнении в се­бе и в жизни. А особенно плохо понимают женщи­ны выращивание причудливых теорий и стремления переделать себя и жизнь. Там, где мужчины видят неуспех и думают — что изменить, женщины ви­дят скорее случайную неудачу. Ну, бывает. Они от всей души полагают, что потерпевший неудачу па­рень или мужчина постепенно "выздоровеет" и опять начнет делать то же самое. Ведь они сами именно так и поступают.

Не добиваясь места в иерархии, многие женщины высоко оценивают престиж и положение спутника жизни: женщины, чаще всего, хотят рожать детей от людей, способных чего-то добиться в жизни. Так ска­зать, от элитных самцов. Это работает очень древняя и очень сильная инстинктивная программа.

Но вот критерии того, что значит "многого добить­ся", весьма различны. Наталья Дмитриевна считала своим идеалом пожилого, изломанного в лагерях и в борьбе с Системой Александра Солженицына. С ее точки зрения, он многого достиг и был очень зна­чительным человеком. Притом, что нищий писатель жил на чужих дачах, не имел ни кола ни двора. Не было у него ни хлебной должности, ни права при­казывать, ни хозяйства (так сказать, ни курей, ни свиней), ни права входить во многие двери... многого, что было даже у мальчиков на двадцать лет моложе. Множество дам, тем более вскормленных советской кашей, в панике шарахнулись бы от Солженицына (интересно, где теперь его первая жена и в какую сторону она теперь выворачивается, кусая локти?). Но именно для нее, для Натальи Дмитриевны, то, чем обладал Александр Исаевич, было признаком со­циальной значительности.

Человек настолько многовариантен, что само по­нятие "элитности" размывается. Есть много разных иерархий, преуспеяние в каждой из которых требует совсем разных качеств.

Каждая женщина решает сама, каких самцов сле­дует считать доминирующими. Конечно, при фор­мировании готовности принять решение играет роль воспитание, среда, интеллектуальный и культурный уровень и т.д.; ведь мужчины тоже выбирают, бу­дучи продуктами воспитания и живя в социальном окружении.

Каждый выбирает для себя Женщину, религию, дорогу. Дьяволу служить или пророку, Каждый выбирает для себя.

Так же и женщины "выбирают для себя". И точно так же несут всю полноту ответственности.

Каждая женщина сама решает для себя, что престижно, а что нет. И кто является элитным самцом, а кто нет.

Женский голос: Отсюда можете сделать вывод — со­вершенно не стоят переживать, если вы не похожи на Сталлоне или Ван Дамма. Каким бы вы ни были, в этом мире есть девушки, для которых вы такой, как вы есть, - именно то, что ей надо. Любой — от домашнего мальчика до крутого рокера. Для любою тебя где-то есть девочка, которая именно о таком и мечтает.

Женщины понимают и принимают как факт ие­рархичность в мужском мире. Развиваясь по мужско­му типу, они попадают в системы разных "мужских" иерархий и вписываются в них, в целом, без особен­ных проблем.

Но вот чего женщины никогда не признают, так это женскую иерархию. Если такая иерархия возни­кает, — в специфически "женских" коллективах, в заключении и т.д., — женщинам это крайне непри­ятно. В частности, женщины потому и не любят женских коллективов, — в них, на женский вкус, слишком много того, от чего они охотно уклони­лись бы.

Мужчина с детства привык бороться, настаивать, добиваться. У женщин нет необходимости бороться за себя и свое положение.

Во-первых, за "право" выходить замуж и рожать детей бороться не надо.

Женский голос: Как это не надо ?! А привлечь, быть кра­сивой, красивее, чем на самом деле, красивее подружек? А последние сто лет не просто красивой, а еще и умной, чтобы и поговорить интересно, и чтобы личность была, и при этом быть "хорошей хозяйкой". Это вам все хи~ ханьки, а попробовали бы сами! Ничего себе "бороться не надо !

Во-вторых, статус дает муж. Пусть он о нем и заботится.

Женщины легче дружат. И друг с другом, и с мужчинами. Им легче признать мужчину старшим товарищем. Не возникает проблем иерархии, борьбы за место. Скорее им приятно станет выступать в роли опекаемой.

Джой Бразерс совершенно справедливо пишет о том, что мужская дружба — явление весьма сомни­тельное. Что мужчины очень легко отказываются от дружбы, как только надо предпочесть ее чему-то более "выгодному" — карьере, достижению чего-то, принципу или деньгамПравда, на мой взгляд, Бразерс преувеличивает эту готов­ность мужчин дружить или раздруживаться ради успеха. Причин такого несовпадения взглядов может быть две:

Джой Бразерс невольно подсознательно напа­дает на "слишком рациональный", неприятно деловой мир мужчин, утверждает женские цен­ности.

Мы, слава Богу, не американцы. Мы живем в менее рациональной культуре, в которой не так важен успех. Поэтому и дружим несколько иначе...

А может быть, действуют и оба фактора.

Но вот в чем я совершенно согласен с миссис Бразерс — женщины гораздо более надежные друзья. Чем меньше иерархичности, агрессивности, культа успеха, состязательности, — тем большее место в жизни занимают эмоции, общность взглядов и пере­живание единства.

Женщины  прекрасные друзья. Они намного реже мужчин предают из зависти или из желания сделать карьеру.

К тому же с мужчинами женщины просто в прин­ципе не конкурируют, очень легко отдавая им пальму первенства. И друг с другом они тоже дружат доволь­но легко. Только в одном случае подруги предают друг друга с легкостью, которая удивляет порой да­же мужчин: в случае, если между ними оказывается соперничество в любви. Я не знаю ни одного случая, когда подруга отказалась бы от мужчины своей по­дружки, — разве что он ее совершенно не интересует. Здесь женщины совершенно беспощадны, но ведь нас с вами это не касается.

Женский голос: А я знаю. И не один такой пример. Включая себя. Более того, для женщин так же естествен­но отношение к "парню (мужу) подруги", как для мужчин — к "женщине (жене) друг", — то есть как к табу, запретному. Дорогие мужчины, вам вообще свой­ственно преувеличивать свое значение в нашей жизни. Кроме вас, великолепных, в этом мире для нас есть еще очень и очень многое. В том числе дружба, профессия, дети, книги, посмотреть мир и т.д. и т.п. Честно.

Наоборот — женщина-друг охотно познакомит вас с подружками и наплетет о вас столько, что подруж­ки заинтересуются вами еще до знакомства.

Через женщин-друзей очень хорошо знакомиться с дамами для э-э-ээ... других отношений.

 

Социальная зависимость женщин

Социально девочки развиваются значительно мед­леннее. В детстве они находятся "внутри" семьи в куда большей степени, чем мальчики. Выйдя замуж, тоже оказываются "внутри" социальной системы.

К мальчикам и девочкам предъявляются разные социальные требования. И чаще всего для мальчи­ков — гораздо более строгие. Знаете, какое в России соотношение между мужчинами - истериками и жен­щинами - истеричками? Семнадцать истеричек на одного мужчину - истерика. В разных странах этот разрыв различен, меньше всего на Земле он в Соеди­ненных Штатах Америки — там на двух истеричек приходится всего один истерик. Но соотношение, как видите, везде есть, и всегда женщин - истеричек больше. Почему? Нет, дело вовсе не в том, что дамы более эмоциональны и у них слабее здоровье. Дело в воспитании...

Если мальчик падает на спину и бьет в возду­хе ногами, требуя мороженого или права не делать домашнего задания, — что тогда делают родители? Правильно, они "лечат" мальчика, и очень разумно поступают. А если падает на спину, бьется в истерике девочка? К сожалению, тогда родители оказываются разумны не во всех случаях. Непременно находятся идиоты, которые кричат что-то в духе "Ах, бедняж­ка!", "Ах, она у нас такая нервная!". Они потчуют маленькую негодяйку не ремнем, а лекарствами и вызывают врача (а врач ведет себя очень по-разному). В результате девочки чаще понимают, какая это замечательная, какая полезная штука — невроз!

Одновременно способ не делать того, что не хочется, делать только то, что хочется, и еще привлекать к себе внимание всех окружающих!  Да здравствует невроз!

Если не думать о такой "ме­лочи", как жизнь взрослой жен­щины, искалеченной идиотским воспитанием,  то все совсем хорошо.

В США родители умнее в том смысле, что при ис­териках не бросаются спасать ребеночка, а полируют дочерям заднее место, и с превосходным результа­том — у них истеричек несравненно меньше, чем в России и в других диких странах.

Мальчикам исходно объясняют, что они должны подчиняться некоторым правилам. Независимо от то­го, доставляет ли им это удовольствие, что им гово­рит внутренний голос и какие у них убеждения.

Мальчики привыкают жить в социальном мире, где все "по правилам".

Девочки привыкают жить с мыслью, что прави­ла — не для них, а для мальчиков. Сами они могут себе позволить делать то, что им хочется, а не "что нужно".

Женский голос: А мне с детства казалось наоборот. Мальчикам "можно" быть троечниками и хулиганами, до­поздна гулять и даже в старших классах курить. И так далее. Женщины же до седых волос не курят при своих родителях и при родных мужьях. Так кому же "больше можно"? Это раз.

А второе — даже если и так, если девочкам "можно что хочется" — может быть, это некая компенсация уже описанной "природной зависимости"? И той Великой за­висимости, которая будет описана чуть дальше? Своего рода отдушина. Связанному разрешили говорить — вот тебе почти и свобода...

Есть еще и третье. И.Ефремов очень хорошо описыва­ет в "Лезвии бритвы" женскую истерию как "отдушину" при повышенной ответственности за детей. Вам хорошо, при срыве можно запить-загулять. А как запьешь, когда ребенка кормить надо ?

Если вам уже стало жалко мальчиков — обратите внимание на другую сторону вопроса. Наше обще­ство поощряет активность мальчика, самостоятель­ность его суждений, ответственность поступков. Но к самостоятельности девочки общество в лучшем слу­чае нейтрально. По принципу — а пес с ней, пускай активничает... Вот выйдет замуж — поумнеет.

Хорошо еще, если активность девочки не подавля­ют!

"Избыточная" самостоятельность девочек в лю­бом случае связывается у нас с какой-то патологи­ей. Не с одной, так с другой. Что можно сказать о мальчике, который в 16 лет лихо курит, спорит с отцом и собирается ехать учиться в другой город? Верно! скажут, что молодец и что "совсем большой мальчик".

А что скажут о девочке, которая так себя ве­дет? ...Правильно. И даже если ее нравственность не вызывает особых сомнений, сама по себе само­стоятельность ясно показывает — мы имеем дело с девочкой неблагополучной. Той, которую некому за­щитить, которой некому помочь, и она именно потому "слишком" самостоятельна. Если в семье, где вос­питывается девочка, все нормально — ей не дадут быть "слишком" самостоятельной, не выпустят из недр социальной системы.

В результате в 15, 20 или 25 лет мальчики и моло­дые мужчины гораздо самостоятельнее и старше, чем их сверстницы. Именно у мальчиков лучше спраши­вать дорогу в незнакомом городе и уж тем более — где купить то или иное, где чинят ручки чемоданов и где ближайшая гостиница.

 

Психологизм

Психологическое развитие девочек и женщин ус­корено по сравнению с мужским. Это естественно при развитии не вширь, а вглубь. Девочка больше огра­ничена в своих возможностях. У девочек куда мень­ше вариантов выбора, чем у мальчиков из той же общественной среды и при том же уровне образова­ния. Кроме того, девочки гораздо более зависимы от родителей, от среды, от обстоятельств... — и социаль­но, и психологически. Они гораздо в большей степени живут в мире, параметры которого определяют не они. Соответственно, они гораздо больше способны (и склонны) приспосабливаться к этим внешним обсто­ятельствам. С тем, что "это так устроено", что "надо перетерпеть" и что "ничего не поделаешь", девочки смиряются намного быстрее парней.

Но... в этом заданном без меня мире, в котором мои возможности явно ограничены, можно устро­иться по-разному. В том числе и весьма неплохо. Можно понимать других людей, уметь "правильно" общаться с ними и манипулировать ими. Не обяза­тельно в жестком, близком к криминалу варианте. Манипулировать можно мягко, даже в интересах са­мого объекта манипулирования; понимая, что этому человеку надо, и давая, играя, показывая ему то, что ему и нужно (вызывая, натурально, самые ми­лые чувства). Зачем бороться с кем-то, когда этот "кто-то" может быть союзником, более того — покро­вителем, помощником, содержателем... отцом, пере­дающим свои ценные качества моим же детям?!

Зависимый человек пытается получше устроиться в своем зависимом мирке.

Женский голос: Появилось такое понятие — "психоло­гическое айкидо". Очень женское понятие. Не встречать Удар в лоб, а подстроиться под движение противника, продолжить его, слиться с ним — и направить уже это ваше общее движение в нужную вам, слабой, сторону. Очень по-женски. Не грубо и приводят к желаемым результатам. В секции можно научиться этим приемам для тела. Умная мама научит этому дочку в жизни ("Муж-то голова, да жена шея, куда хочу туда верчу").

Живя в мире, где на авансцене действуют в основ­ном мужчины, девочки, девушки постоянно наблюда­ют нас в разного рода действиях. Они как бы сидят в зале и наблюдают пьесы с участием мужчин. Пьесы, которые ставят и сверстники, и мужчины возраста папы, и "пьесы", где играют герои книг, стихов и кинофильмов. Наблюдая эти пьесы, девочки могут многое оценить — не только с "мужской" точки зре­ния — как и кто чего достиг. Но и с "женской" — кто обладает какими чертами характера? Каковы его склонности? Интересы? Суждения? Каким он будет мужем? Отцом? Кем он может увлечься? Как можно обратить на себя его внимание?

Мальчики мысленно, в мечтах целятся в Долохова из дуэльного пистолета, откатывают пушки на Малаховом кургане, заряжают пистолеты вместе с "Похи­щенным" в кубрике полупиратского брига — и все это без малейшего противоречия со своей сущно­стью. Можно сказать, что они в этих случаях просто учатся.

В наше время, слава Тебе, Господи, палить из писто­летов приходится не так часто, но все равно — какая-никакая, а наука.

А вот девочки... Или они проигрывают литера­турные сюжеты, представляя себя "как бы маль­чиками". Или создают другие сюжеты, похожие. Но такие, чтобы в них могли участвовать девочки. Возникает то, что Владимир Соломонович Библер назвал бы, вероятно, "диалогом культур". Такая по­зиция разрыва между "мной" и "не-мной" очень по­могает рефлексии, психологизму, созерцательности, склонности к оценке и самооценке.

Разумеется, мальчики (кто поумнее) тоже стано­вятся практическими психологами. Но в 30 лет муж­чине дай Бог достигнуть уровня девочки 19-20 лет, а многие так и останутся на всю жизнь психоло­гическими подростками, практически не способными понимать ни себя, ни окружающих. Я много раз на­блюдал, как попытки мужчин давать оценку поступ­кам, склонностям и намерениям других вызывали неясные улыбки у их жен и любовниц.

Некоторые дамы считают патологическое непони­мание людей едва не "нормальным" мужским каче­ством. Давно ведь известно, — "мужчина должен быть зол, вонюч и волосат". И вооб­ще мужчина — это туповатое, косноязычное создание с засу­ченными рукавами и измазан­ными в мазуте конечностями. А из карманов у него торчат гаечные ключи и вываливаются пистолеты.

Столкнувшись с сильными психологами мужского по­ла, они очень теряются, возмущаются и даже сер­дятся.

Жаль, что в России несколько десятилетий куль­тивировался именно такой типаж. Еще более жаль, что многие мужчины охотно ему соответствуют.

 

Женщины как потребители культуры

Женщины в массе более культурны, чем мужчи­ны. У женщин есть для этого самое главное — силы и время. Я придаю большое значение тому, чтобы у мо­их детей (независимо от пола) было долгое детство: время, пока человек учится, пока он защищен мате­риально и социально. Пока он думает о вечном, пре­красном и удивительном, а не о заработке, интригах, карьере и сиюминутных необходимостях.

Но для мальчиков это надо искусственно органи­зовывать, если хочешь, чтобы они росли образован­ные, умные и были способны к карьере в сложных областях деятельности. А для женщин все решается как бы само собой.

Во многом женская субкультура — это субкуль­тура подростков, растянувшаяся на десятилетия. Людей, у которых есть время, силы и средства ин­тересоваться отвлеченным, — читать книги и стихи, смотреть и обсуждать картины, любоваться приро­дой, слушать музыку и т.д.

У людей неглупых, но не обреченных на активную социальную жизнь, на зарабатывание денег остается много времени на то, что называется таким неопре­деленным словом — культура. У них же больше воз­можностей много думать об отношениях людей, о "вечных" проблемах и т.д.

Женщины — вечные подростки; у них просто больше времени на культуру.

У многих мужчин чисто физически не остается сил и времени для этого. Они слишком заняты: они зарабатывают деньги. Много ли мужчин среди му­зейных работников? Среди редакторов и корректоров издательств? Даже среди врачей и учителей? Из мно­гих интеллигентных профессий мужчин вымывает очень простой фактор — материальный.

Не все женщины могут себе позволить не думать о заработке. Но есть многочисленный слой жен­щин — работников сферы культуры, мужья которых обеспечены гораздо лучше их самих. Платят гро­ши? Не платят зарплату по несколько месяцев?! Не пропадем!

А много ли мужчин, которых жены согласны со­держать, пока они (за гроши) ведут уроки географии или расставляют экспонаты трипольской культуры в витринах?

Пребывание "внутри" социальной системы отни­мает самостоятельность, независимость, — но дает немало других преимуществ.

Как правило, у женщин более правильная речь, чем у мужчин того же социального круга. У них больший словарный запас, они точнее употребляют слова, интересуются правильностью их использова­ния. У них лучше манеры. Они тоньше ведут себя за столом. Они дипломатичнее, мягче в процессе общения. Они во всяком случае не хуже разбира­ются в науках и практически всегда лучше разби­раются в искусствах (чему помогает умение целостно воспринимать объекты, считывать невербальную ин­формацию). Они больше читали и художественной литературы, и стихов. Очень часто женщины тоньше мужчин понимают и литературные, и художествен­ные выражения, чувствуют, что хотел сказать автор, искренне интересуются этим.

Дамы высоко оценивают культурность знакомых мужчин. Им хотелось бы, чтобы "их" самцы домини­ровали над ними и в этой сфере, но тут их желания реализуются не всегда.

Женщины более культурны и лучше воспитаны. За чей счет? Они стараются об этом не думать.

Женский голос: А что, мы проводим в музеях и биб­лиотеках больше времени, чем мужчины на футболе и за пивом? А разве не все мы работаем по 8 часов в день? А если мужчины больше устают за эти же 8 часов, то женщины добирают еще 3-4 часами легкого домашнего груда. И почему вы вообще оправдываетесь в том, что "женщины более культурны и лучше воспитаны"? Да, вы, мужчины, жестче, и сильнее, и грубее. И интересы у вас другие — не музей, а футбол. Не курсы кройки и шитья, а обсудить политику за пивом. И что? За это надо оправ­дываться? Кто сказал, что быть сильным и резким — плохо? Вот эволюция сказала, что это хорошо. Прямо вот так практикой и сказала тем, что вы такие, ка­кие вы есть. И между прочим, именно таких вас мы и любим.

А можно было бы так: мы не оправдываемся в том, что мы "не такие" (см. Козловский "Гимн женщине"), а вы не оправдываетесь в том, что вы — другие. И. любим друг друга какие есть. Вот приходим вечером из музея и с футбола и любим. Кто за?

Но и в сфере культуры женщины гораздо ре­же мужчин достигают выдающихся, результатов. Почему? На это есть две причины. Биологическая причина вам уже известна: женщин меньше в сума­сшедших домах, но их меньше и в Академиях наук. И в Академиях художеств их тоже меньше..., хотя в библиотеках и на выставках — больше.

Вторая причина — это направленность женщин на отношения, дом, рождение и воспитание детей. Даже имея хорошие способности, они меньше мужчин хо­тят иметь большие "внешние", социальные достиже­ния и тратят на них меньше времени и сил.

 

 



 
« Пред.   След. »
 
Изюминки
Эрхардт У. - Хорошие девочки отправляются на небеса, а плохие — куда захотят"Дебора Таннен приводит результаты исследования речевого поведения мужчин и женщин в смешанных группах. Результаты таковы: высказывания женщин длились от 3 до 10 секунд, мужчин — от 11 до 17 секунд. То есть самые длинные выступления женщин были короче самых коротких речей мужчин".
 
Последние новости на сайте










Powered by Mambo 4.5.1


Rambler's Top100 Женский портал, женских каталог, все для женщин! История изменения тИЦ